За мою недолгую армейскую службу дважды довелось трудиться в одной редакции с Геннадием Алехиным - тогда капитаном, выпускником ЛВВПУ 1980 года. Впервые мы встретились в монгольском гарнизоне Баганур. Вторично судьба свела нас в Забайкальском городке Борзя.
И вот - третья встреча.
Таких бы авторов да побольше моему порталу!

Сергей Муравьев

Зарисовки из будущей книги. Главная ее тема-генерал Трошев и журналисты. Рабочее название: "По ту сторону войны. Записки начальника пресс-центра".
В первую чеченскую полковник Алехин возглавлял армейскую(фронтовую) газету, где и познакомился с Трошевым. Прослужил, проработал с ним десять лет. Поддерживал близкие отношения вплоть до самой его гибели(октябрь 2008).
Во вторую чеченскую Алехин руководил пресс-центром группировки войск в Дагестане (1999г. ), затем-восточной группировки (октябрь-декабрь 1999). С февраля по июль 2000 го руководил пресс-центром объединенной группировки войск. Одновременно был еще и редактором окружной газеты СКВО "Военный вестник Юга России". А с января 2001 по 2003 уже рулил пресс-службой округа.

СОВЕТЫ АБРАМЕНКО

Александр Георгиевич принадлежит к первому составу НТВ образца начала девяностых, так называемый «добродеевский призыв». Молодые, амбициозные, с нестандартными подходами в освещении тех или иных событий, репортеры. Многие успешно проявили себя в горячих точках. Однако в первой чеченской компании к журналистам НТВ относились, мягко говоря, настороженно, особенно армейское руководство. «НТВ-враг армии»- считали генералы. Откровенно говоря, подобные упреки были во многом обоснованы. Никто не мог понять, как можно «стрелять в спину» своим, называя откровенного бандита «борцом за свободу», а простого солдата из глубинки, выполняющего приказ - «оккупантом». Подобные выражения считались тогда нормой. Можно понять и журналистов. Военные просто отказывались предоставлять необходимую информацию СМИ. Получить официальный комментарий считалось огромной удачей. Журналисты часами выстаивали у шлагбаума КПП группировки войск в Моздоке(зимой 94-95 годов) в надежде получить хотя бы внятный пресс-релиз. Разворачивались и уезжали. Добывали информацию своими путями, а наиболее шустрые отправились получать сведения в Грозный. Там их ждал с распростертыми объятиями М. Удугов. Так и рождались всевозможные небылицы о российской армии.
Абраменко не относился к категории репортеров, которые добыв очередную «сенсацию», не удосужившись даже перепроверить информацию, мчались выдавать в эфир. Да, ему приходилось работать по обе стороны фронта. Но неписанные законы войны отличаются от законов жанра. К примеру, Елена Масюк так увлеклась пребыванием в «гостях» у полевых командиров, что угодила в «зиндан». И Басаев не мог ее выручить, а скорей всего, не хотел. Журналисты стали живым товаром на войне. За них просили большой выкуп. А после показательного убийства новозеландских журналистов, желающих побывать в стане боевиков, почти не оказалось. Когда мне доверили возглавить пресс-центр восточной группировки, уже практиковались «прямые эфиры». Перед очередным включением со студией НТВ в Москве, в СМИ уже гуляла очередная «утка», об «уничтожении» колонны десантников в горах. Саша посоветовал мне акцентировать на этом внимание и сообщить ведущей программы М. Максимовской о готовности вылететь к месту со съемочной группой НТВ. В вечернем выпуске показали большой сюжет с убедительными доводами и примерами. »Сенсация» лопнула, как мыльный пузырь. Телеканал подтвердил свою репутацию, а некоторые ведущие информационные агентства, поместившие непроверенную информацию, извинились за оплошность.
Подобных нюансов возникало в то время великое множество. Но я хорошо усвоил совет опытного репортера. В подобной ситуации важно не только вовремя опровергнуть фальшивку, но и предоставить доказательства, опять же- вовремя. Не раз, особенно, в начале второй чеченской компании довелось наблюдать Абраменко в боевой обстановке. Например, как он наблюдал за действиями Командующего генерала Г. Трошева. Когда появлялась возможность пообщаться в неформальной обстановке, задавал ему вопросы, не касающиеся войны, о жизни, об увлечениях.
Как-то возвращались на вертушке в Ханкалу. Саша поделился со мной идеей: рассказать о генерале более в широком формате. Через неделю он позвонил мне в пресс-центр. Напомнил о недавнем разговоре. Вскоре телезрители страны увидели две часовые программы с участием Геннадия Николаевича. «Один день» Кирилла Набутова и «Герой дня без галстука» Ирины Зайцевой. Съемки проводились прямо в зоне боевых действий. Рейтинг, как утверждали специалисты, зашкаливал. Но главное, даже не в этом. Телезрители и, в первую очередь, военные сразу уловили доброжелательное отношение к армии. Положительный образ российского генерала еще в те смутные времена был в диковинку.
Александр Георгиевич в какой-то мере выступал посредником, связующим информационным звеном между официальными представителями командования(пресс-центром) и руководством телеканала. Он стал инициатором приглашения Г. Трошева в популярную аналитическую программу Е. Киселева «Итоги». Тесные, доверительные контакты продолжились и в дальнейшем, когда он принял приглашение О. Добродеева возглавить информационную службу телеканала «Россия». В любой момент я мог напрямую позвонить ему, посоветоваться, предложить важную тему. Не помню случая, чтобы Саша отказал или проигнорировал. Часто, по моей просьбе, присылал съемочную группу. Так рождались интересные сюжеты и специальные репортажи о солдатах и офицерах, отличившихся на войне. Например, удивительная история о наводчике танка Герое России Жене Капустине.
Когда была готова рукопись будущей книги «Моя война», Геннадий Николаевич поинтересовался:»А как издавать будем. Я в этом ничего не понимаю. Посоветуйся с писателями. »
С писателями советоваться не пришлось. По старой дружбе позвонил Абраменко. Так, мол, и так. Генерал книгу написал.
Когда в Москве будете?-
-Через неделю собираемся-
-Олег Борисович Добродеев хочет познакомиться с твоим шефом.
Трошев прилетел в Москву, заглянул в гости к Добродееву. И мы с Абраменко присутствовали. Зашел разговор о книге. Главный телевизионный начальник был приятно удивлен, узнав о намерении генерала рассказать всю правду о войне. Позвонил своему приятелю в издательство «Вагриус». Так и решился вопрос с изданием и информационной раскруткой книги. Что ни говори, умеет Абраменко вовремя дать нужный совет!

ПРОВОКАЦИЯ

Генерал охотно отвечал на вопросы журналистов, причем, самые «неудобные». После официального общения, нередко задерживался минут на пятнадцать-двадцать, чтобы просто поговорить. В таких случаях все выключали камеры и диктофоны. Подобное правило, хотя и существовало негласно, ему следовали всегда. В первую очередь из-за этических и моральных норм. Даже на войне они существуют. А вот журналист Чуйков, вечно «кочующий» из одного издание в другое, это правило, мягко говоря, нарушил. С Чуйковым у меня случились две истории. В Махачкале он три дня «гонял чертей» по этажам гостиницы «Ленинград», находясь в невменяемом состоянии. А когда вышел из запоя, сообщил в редакцию газеты «Труд», что его якобы похитили боевики. Через несколько месяцев устроил пьяный дебош в Ханкале. Пришлось вызывать ребят из комендантского взвода. Ночь просидел в одиночной камере, утром протрезвел, извинялся.
А Командующего попросту подставил. Во время короткой беседы, не «на камеру», Трошев высказал сугубо личное мнение о своем отношении к главарям бандформирований.
-Вешал бы этих шелудивых псов и мерзавцев на фонарных столбах в центре Грозного- в эмоционально «выстрелил» генерал.
Чуйков диктофон не выключил. На следующий день информацию опубликовала газета «Известия», другие издания охотно перепечатали. Боже мой, что тут началось! Особенно усердствовали мировые информагентства. И депутаты комментировали, и политологи, и всевозможные «борцы» за права человека. Об истерике правозащитников и говорить нечего. Даже В. Путин вынужден был стать на защиту Трошева. Мол, понять его можно и не стоит из этого раздувать трагедию.
Конечно, переживал и Геннадий Николаевич. В то время(шел 2001 год) набирала популярность программа Савика Шустера «Свобода слова» на НТВ. Он позвонил мне в пресс-службу округа, хотел связаться с Трошевым, приглашал на эфир. Был несколько удивлен, когда я дал согласие(предварительно переговорив с Трошевым). Мы с Геннадием Николаевичем придумали домашнюю заготовку. Догадываясь о том, что старый провокатор Шустер будет стараться подвести генерала к «покаянию», решили нанести ответный «футбольный удар». Савик любил футбол и вел на канале еще и спортивный выпуск. Вечером состоялся эфир. Отвечая на вопрос о «желании» вешать боевиков, Трошев привел пример.
-Савик! Знаю, что вы любите футбол?
-Конечно, Геннадий Николаевич!-
-Представьте себе стадион, заполненный под завязку болельщиками. И все скандируют:»Судью на мыло!». Это же вовсе не означает, что все сразу бросятся тащить его на мыловарню-
Студия НТВ дружно захлопала, без всякой команды режиссеров, как обычно случается во время проведения ток-шоу. Савик улыбнулся, и больше вопросов не задавал.
Трошев продолжил общение с журналистами и в дальнейшем. Злобу и обиду не таил. Наоборот, его авторитет в глазах пишущей и снимающей братии только возрос. А на прямые провокационные вопросы отвечал коротко, по-военному:»Слухи и сплетни не комментирую!»

«БУДЕМ СНИМАТЬ!»

Звонок шефа застал меня в Харькове. Удалось вырваться на несколько дней к родителям. На время забыть однообразную пищу в офицерской столовой Ханкалы, вкусить мамины разносолы. С этого и начал разговор Трошев.
-Небось, наваристый украинский борщ уплетаешь с галушками за обе щеки?-
-Так точно, товарищ Командующий! Сейчас и сало с прожилками принесут. -
-А как наша Ира Зайцева поживает? Скоро программа выйдет?-
-Сообщила, что будет снимать еще несколько эпизодов, где Вы в кругу семьи. -
-Так и сказала? - Трошев рассмеялся, пожелал удачи и положил трубку.
Чуть позже я узнал всю подоплеку звонка. Ведущая программы «Один день без галстука» Ирина Зайцева завершала монтаж, не хватало видеоряда. Поручила своим оператор доснять несколько эпизодов. Те, в свою очередь, попросили ростовских коллег помочь. - Его ловить можно только в Ростове, в штабе. Там и будем снимать!- Вот такой «сигнал» поступил оперативникам. Видимо узнали о телефонных переговорах телевизионщиков, сработала «прослушка». И они, засучив рукава, принялись за дело. Несколько дней и ночей кружили возле штаба СКВО в поисках «снайпера».
Ни в коем случае не хочу бросить тень на оперативно --розыскные методы специалистов «невидимого фронта». Работа у них такая. Случаются накладки, не без этого. В тот раз, слава богу, разобрались, что к чему. Об этом эпизоде мне рассказал Виталий Дубровин, офицер по особым поручениям Командующего. Тщательно охранять важных персон - дело святое, но порой и до смешного доходит. В марте 1993 года стал свидетелем такого случая. Президент Ингушетии Руслан Аушев принимал присягу в день своей инаугурации. В самый разгар торжества в зал вошел другой президент, Джохар Дудаев, в сопровождении целой свиты автоматчиков. Я насчитал человек десять! А два охранника в кожаных летных куртках со снайперскими винтовками стояли у входа. Даже люди из охраны Аушева смеялись. Впрочем, сразу по окончании торжественной части, не помешало им показать свою «боевую прыть». Достав короткоствольные автоматы, начали палить длинными очередями в потолок. Мероприятие проходило в скромном здании местного дома культуры.
Повышенное внимание к себе оценила и сама Ира Зайцева. Два дня снимала передачу о Трошеве. Ночевать пришлось в купе обычного железнодорожного вагона в Ханкале. Там проживали все журналисты. Территория вокруг вагонов тщательно охранялась. Но решил перестраховаться, поручив своему подчиненному капитану А. Науменко у дверей ночевать. Мало ли что могло произойти. И случилось! Несколько подвыпивших омоновцев под утро громко стучали в двери, желая получить заветный автограф телезвезды. Сашка Науменко, как назло, отлучился и потом долго уговаривал Ирину никому не говорить о своем «проколе», даже на колени становился. Обошлось. Омоновцам никто не открыл двери купе, Науменко отделался испугом, а мы с Ириной ранним утром поспешили на вертолетную площадку, где нас уже поджидал Геннадий Николаевич.
… Операторам НТВ все же удалось «отловить» Трошева, уже в Подмосковье, в военном санатории. Кадры, где генерал гуляет в парке со своей внучкой, вошли в финал передачи.

Геннадий АЛЕХИН