Летом 2016 года в Третьяковской галерее прошла одна из самых интереснейших выставок — «Тайны старых картин». Не выставка даже, а коллекция детективных историй. 17 таинственных сюжетов — 17 шедевров музея с их историями, загадками и тайнами.

В прошлой статье мы поделились тайной «Неравного брака» В. Пукирева. Сегодня мы расскажем о тайне картины И. Репина — «Монахиня».

Прежде, предлагаю ознакомиться с картиной. Презентационное видео от «Третьяковской галереи»:



Картина «Монахиня» была написана Ильей Ефимовичем Репиным в 1878 году. Девушка на картине — Софья Алексеевна Шевцова — дочь известного питерского архитектора А. И. Шевцова, старшая сестра жены художника. С семьей Шевцовых художник познакомился во время учебы в Академии художеств в Петербурге.

Из воспоминаний племянницы жены Репина, Л. А. Шевцовой-Споре:

«Когда девятнадцатилетний Репин впервые появился в стенах Академии художеств, с ним очутился там же мой дядя, Александр Шевцов — сын петербургского архитектора Алексея Ивановича Шевцова, выученика той же Академии. Молодые люди познакомились, и Репин стал бывать у нас. Он познакомился со всеми детьми архитектора: Софьей (в дальнейшем — жена брата художника, Василия), Алексеем (мой отец) и Верой, своей будущей женой. »

Юный Репин был очень влюбчивым человеком, оказывал знаки внимания и Софье, и Верочке. Окружающие считали, что Репин был больше увлечен старшей сестрой, однако в 1972 году художник женился на младшей, 16-летней юной Верочке, которая была младше художника на 10 лет.

К слову, первый портрет в доме Шевцовых был посвящен именно Верочке. На тот момент ей было всего 9 лет.

Однако, Репин неоднократно писал портреты и Софьи Алексеевны. Однажды один из них — «Портрет С. А. Репиной, урожденной Шевцовой» привлек особое внимание искусствоведов и реставраторов. Репродукция этого портрета сегодня находится в Киевском национальном музее русского искусства. В каком году он был написан сегодня неизвестно.

Так вот — облик Софьи Шевцовой на портрете с поразительной точностью напоминал облик неизвестной «Монахини» (1878 Государственная Третьяковская галерея, Москва). Сравните эти два портрета. На первом — миловидная Софья с чуть кокетливой прической из высоко собранных волос. На втором — это же лицо, этот же взгляд, но вот только ощущения, что перед нами предстает образ служительницы церкви — его нет.

«Кого именно художник изобразил на портрете», — эта тайна была разгадана благодаря мемуарам племянницы жены Репина Л. А. Шевцовой-Споре. Выяснилось, что Софья однажды позировала Репину в бальном туалете, но в какой-то момент мастер и модель разругались, и Репин превратил нарядную даму в… монахиню.

Подтвердить правдивость слов мемуаристки оказалось возможным благодаря рентгенограмме картины, на которой видны нижележащие слои живописи, не счищенные автором. Под черным покрывалом скрыто светлое платье с кружевами, волосы девушки собраны в высокую прическу, в руке у модели — веер.

Светлана Усачёва, куратор выставки:

«Во время работы они поругались. Поскольку Репин был человеком эмоциональным, легко воспламеняющимся, он её превратил в монахиню, хотя никогда она в монастыре не была, никогда в монашки не собиралась. Это был всплеск эмоций художника. Наверное, он хотел ей что-то таким образом показать».

«Монахиня» 1878 г. — маленькая шалость художника, или быть может, маленькая месть? Об этом мы никогда не узнаем.

Об отношениях Софьи Шевцовой и Ильей Репина сегодня ничего не известно. Также как и о реакции Софьи Алексеевны на пародийный образ монахини. Неизвестно также и то, был ли в отношении этого портрета осведомлен П. Третьяков, в коллекции которого он оказался.

Известно только, что спустя почти десять лет, в 1887 году, художник, серьезно относящийся к библейским сюжетам и к религии в целом, как бы оправдываясь, изобразит уже настоящий облик служительницы церкви. И назовет этот портрет также, как и предыдущий — «Монахиня». Только в отличие от первого портрета, перед нами предстает истинный облик монахини, а не ее образ…

Практически тот же фон, ракурс, только героиня настоящая.

Предположительно на картине изображена двоюродная сестра Репина (по отцу ) — Эмилия, монахиня женского монастыря в Стрелетчине, между Харьковом и Белгородом. Эмилия — это имя в миру (Репин называл ее Олимпиадой). Духовное же имя Эмилии было Евпраксия. Известно, что Репин уважал и любил свою сестру и уже в послереволюционное время оказывал ей помощь (точно известно, что однажды в Харькове был получен денежный перевод из Финляндии в адрес Эмилии.

Монахиня одета в черную рясу с красивым головным убором. В отличие от первого портрета — волосы и руки ее скрыты. Перед нами без сомнения монахиня и художнику не нужно нас в этом убеждать, добавляя (как в первом портрете) известный религиозный аксессуар — четки.

Опущенная немного вниз голова и проникновенный взгляд монахини подчеркивают подлинное смирение. Монахиня уже не молода, на ее лице пробиваются несколько морщин. Глаза ее печальны, частично они раскрывают всю жизнь монахини. Картина навевает печаль, чувство меланхолии и обыденности.

По всей видимости, портрет монахини был написан во время работы над уменьшенной копией картины «Николай Мирликийский», предназначенной для монастыря, в котором находилась его двоюродная сестра. Картина была окончена в 1890 г. и немного отличалась от оригинала 1888 года.

Кстати оригинал картины, который сегодня находится в Русском музее Санкт-Петербурга, предназначался для монастыря. А уменьшенная копия, которая была позже подарена монастырю лишь ее менее удачное повторение.

Из воспоминаний писателя и историка Дмитрия Яворницкого:

«Работая над картиной «Запорожцы», Репин часто откладывал ее и брался за другие. Однажды, когда я зашел к нему, то увидел в его мастерской картину “Николай Чудотворец останавливает казнь невинно осужденных”. В палаче я узнал одесского художника Кузнецова, а в осужденном, стоящем впереди всех на коленях, харьковского художника Блинчикова.

— Кто это вам внушил писать такую картину?

— А вы знаете женский Николаевский монастырь в селе Стрелечьем, Харьковского уезда?

— Даже и был в нем.

— Так вот, там монахиней моя двоюродная сестра. Я как-то поехал навестить ее, а игуменья, узнав о том, и подошла ко мне: «Напишите, дорогой наш земляк, нам маленькую иконку нашего патрона, святителя Николая Чудотворца!» Я ей пообещал, а приехав в Петербург, вместо иконы написал целую картину. Да эту картину уже купил на выставке царь, а я ее взял в мастерскую на время, чтобы еще немного пройтись по ней кистью.

— А как же теперь вот разделаетесь с игуменьей?

— Напишу другую картину; кстати исправлю то, в чем меня упрекали критики.

— А в чем они вас упрекали?

— В том, что у меня Николай берет голыми руками острие меча, а натуральнее было бы, если бы он схватил меч за рукоять. »

Сегодня уменьшенная копия этой картины хранится в Государственном Харьковском музее.

Подробнее: https://moiarussia.ru/tajny-staryh-kartin-monahinya-ili-repina/