В эти дни, 12 лет назад, из жизни ушёл Борис Нисонович БРАЙНИН – довольно известный писатель-сатирик, чьё имя очень тесно было связано с «Литературной газетой». С первых дней существования «Клуба ДС» он работал в нём литконсультантом, поэтому многие сатирики считали себя его учениками. Брайнин имел моральное право давать советы начинающим авторам, потому как сам писал очень хорошо, старательно доводя каждую вещь до совершенства. Борис издал несколько книг, которые пользовались у читателей успехом. Его литературные пародии, и многочисленные эпиграммы находили живой читательский отклик. Для публикаций своих афоризмов и каламбуров он придумал название «Из запАсных книжек». Многие фразы Брайнина разошлись на цитаты.

А я познакомился с Борисом Нисоновичем через год после того, как «Литературная газета» стала первым в Советском толстым еженедельником, то есть в далёком 1968 году. Работая мастером лесных культур на питомнике в Узбекистане, я не просто читал новый еженедельник, а изучал его, что называется, под лупу от рисунков Пушкина с Горьким на первой полосе до выходных данных и адреса на полосе последней. Более того, регулярно посылал в «Литературку» свои афоризмы. И с такой же регулярностью получал оттуда «отлупы». Заворачивал мои поделки почти всегда литконсультант «Клуба 12 стульев» Б. Брайнин. Лапидарно и сухо он ставил меня в известность о том, что редакцию в очередной раз не заинтересовало моё творчество. Правда, однажды отказал в моих претензиях через популярную в те годы рубрику «Бумеранг». Цитирую, как исторический документ: «Узбекистан, станция Мехнат, М. З-чуку: «Даже если солнце каждый день всходит и заходит, что вы заметили совершенно верно в своём афоризме, то всё равно, нельзя жить вчерашним днём, товарищ». (Экий дельный совет был мне даден со страниц «Литературной газеты»!)
…Жизнь так распорядилась, что лет тридцать спустя, я пришёл на работу в сканвордные издания «Лотоса». Уже пенсионер Брайнин присылал нам свои неуклюжие, до безобразия неряшливые и, признаться, малоинтересные словесные поделки на такой древней бумаге, что, казалось, ею пользовался ещё Рамзес 11. Боря тоже, как и я трудился на сканвордной ниве ради хлеба насущного. Многие работы я ему возвращал, другие капитально переделывал. А он постоянно возмущался и плакался в жилетку нашему общему приятелю и главному редактору всех сканвордных изданий Леониду Сладковым: «Вот же мстительный хохол, не может простить грехов моей молодости!» На самом деле, я питал к способному пародисту Борьке-чудаку очень добрые чувства и даже в мыслях не имел никакой мести. Слава Богу, он это понял задолго до своей смерти и мы крепко сдружились. Потому что, действительно не умея как следует составлять словесные головоломки, Боря обладал завидной способностью придумывать очень дельные заголовки к уже готовым сканвордам.
Брайнин мог сочинять и кратко, и смешно. Вот вам ещё образцы Борькиных литературных поделок: «Лень – мать всех пророков. / Юмор – это сатира с выбитыми зубами. / Иных уж нет, а тех долечат. / Встретились два дебила. . . Как это, в сущности, мило. / Замели нас, замели. Оказалось, что мы вовсе не с Земли. / Когда б имел златые горы и реки полны вина, то уж валяться под забором не позволяла б мне жена. / Менталитет уходит в гору. / Вернулся с эрогенной зоны. / Эксгумация царских останков. / Был японец ростом мал, вежлив и внимателен. Ко дню рождения послал икебану матери. / Завтра я очнулся в морге, и какой-нибудь мудак / гаркнет спьяну: «Гутен морген!» Я отвечу: «Гутен таг!».
Работая в «Литературной газете», Брайнин проявлял не только литературные способности, но слыл ещё и разбитным малым. Он очень прилично играл в шахматы, дружил со многими артистами, учёными, юристами. А когда ушёл «на вольные хлеба», как-то сник и скукожился. Вдобавок ещё подсел на «одноруких бандитов» - игральные автоматы, которыми тогда столица была буквально нашпигована. И со временем превратился в интеллектуального бомжа. От него отвернулись почти все когда-то закадычные его известные приятели. Они начисто забыли о бедолаге, вычеркнув его из памяти. Боря стал для них столь же лишним на празднике жизни, как бывает неуместным на пышной свадьбе опустившийся бомж-попрошайка. Не отвернулись от Брайнина лишь несколько человек, среди которых могу назвать уже упоминавшегося Леонида Сладкова, тогдашнего администратора «Клуба ДС» Александра Хорта, ну и автор сих строк. Видит Бог, мы как могли, поддерживали Борьку и морально, и материально.
… А ровно через 40 лет с тех пор, как мы познакомились, всё те же Сладков, Хорт и я схоронил Брайнина. Но в нашей памяти он останется навсегда.

Михаил Захарчук